«… Мы имеем дело с самой сложной, тонкой, многогранной материей —  человеческим ресурсом, а это всегда индивидуальный подход».

Кем является куратор в отношениях между «старшим» и «младшим», почему закрываются пары и что нужно сделать для того, чтобы ребенок, вступая потом во взрослую жизнь, перестал постоянно нуждаться в надежном взрослом рядом — об этом и многом другом расскажет куратор-психолог программы наставничества Санкт-Петербургского филиала фонда «Старшие Братья Старшие Сестры» — Маргарита Айрапетова.

—  Кем выступает куратор в паре между наставником и его подопечным?

Куратор — менеджер-психолог, менеджер с точки зрения организации процесса , человек, который является связующим звеном между наставником и ребенком, фондом и учреждениями, где воспитываются ребята. Мы объясняем, что такое наставничество и как его реализовать в конкретном детском доме. Мы те люди, которые учат выстраивать коммуникации между всеми ради одной цели. Мы организуем, направляем, соединяем. Здесь очень важно уметь договариваться и слышать, что тебе говорят, ведь несмотря на схожесть принципов работы, мы имеем дело с самой сложной, тонкой, многогранной материей, человеческим ресурсом, а это всегда индивидуальный подход.

—  Что самое сложное в твоей работе?

Самое сложное в моей работе — когда что-то не успеваю сделать или когда не получается создать максимально безопасные условия для развития отношений в паре. Мне нелегко удается принимать факт того, что дружба может не получиться, ведь хочется, чтобы у каждой пары все обязательно сложилось, но, к сожалению, не всегда это получается по независящим от нас обстоятельствам. Мы все очень разные, и это нормально.

—  Поддерживаешь общение с выпускниками?

Так как я в программе всего лишь третий год, у меня пар выпускников пока не было. С моими будущими выпускниками мы, конечно, поддерживаем связь. Больше я общаюсь с наставниками, чтобы объективно понимать, как складывается дружба именно со стороны взрослого. Мы стараемся следить за парами-выпускниками, но тут еще не хочется быть «третьим лишним». Чаще всего к нам обращаются, конечно, наставники, реже —  дети. 

—  Как дружба с наставником влияет на выпускников программы? 

Заметили такую тенденцию среди выпускников. Многие из них после выхода из программы начинают считать себя очень самостоятельными и взрослыми, говоря о том, что в наставниках они уже не нуждаются. Это такой возрастной момент, мы с этим работаем, но, по большому счету, после выпуска из детского дома каждый ребенок еще больше нуждается в старшем. Ведь у него начинается совершенно новая жизнь уже за пределами учреждения, где он сам начинает нести за себя ответственность. Тебе не нужно ни перед кем отчитываться, где ты и с кем ты. Тебе больше не нужно приходить домой в назначенное время. Теперь ты свободен и волен делать все, что пожелаешь. Такой поведенческий момент, конечно, привносит изменения в жизнь пары. Общаясь с наставниками, мы часто слышим, что дети не выходят на связь, отменяют встречи. Могут не видеться с наставниками по 2-3 месяца. Это не значит, что наставник больше не нужен ребенку, что он про него забыл. Это значит, что ребенок просто наслаждается тем, чего раньше в его жизни не было. Не нужно думать, что если ребенок обращается к вам очень редко с какой-то разовой просьбой или советом, это значит, что отношения уже совсем не те. Раз он к вам обращается, можете не сомневаться —  это уже показатель того, что вы оставили в его жизни след, что вы для него —  важный человек, «направляющий маячок», а ваше взаимодействие с ним для него —  ценность.

—  Расскажи о каких-то непростых ситуациях, которые возникали при работе с какой-то конкретной парой. 

За время моей работы не было каких-то совсем неразрешимых ситуаций. Бывали, конечно, непростые. Недавно у нас был достаточно сложный кейс во взаимодействии между фондом и учреждением. Это было связано с восприятием нашей социальной услуги как вспомогательного инструмента, помогающего в решении каких-то быстрых, краткосрочных задач.  Безусловно, это сказалось на взаимоотношениях некоторых пар, но в итоге совместными усилиями ситуация успешно разрешилась Конечно, большая доля ответственности в этом случае легла на плечи и наставников тоже, которые приняли все сложности и сумели с ними достойно справиться.

—  Были в твоей практике пары, которые тебе приходилось закрывать? Почему это происходит?

Всегда по-разным причинам. Кто-то просто понимает, что друг-другу не подходит и дальше им просто не по пути, но, в основном, прерывают дружбу по каким-то объективным причинам. У наставника, например, появляется семья или работа в другом городе. Или же наставник вынужден прервать дружбу по состоянию здоровья. 

Также одной из причин может стать факт того, что ребенка из детского дома забирают в приемную семью. Здесь два варианта: либо семья готова поддерживать взаимодействие с наставником, либо не готова. 

Иногда я вынуждена закрывать пары, потому что наставники просто пропадают без объяснения причины, когда с ними вообще невозможно связаться. Такое тоже бывает.

—  Как обычно переживают закрытие пары наставник и его подопечный?

Когда пара закрывается, расставание, конечно, сильнее переживают наставники, потому что в паре, в большей степени, ответственность лежит все же на них. Дети относятся к этому как-то проще. Часто это происходит по причине того, что у ребят на нейронном уровне отсутствует возможность привязываться, они привыкают к тому, что большое количество людей в их жизни приходит и уходит. Иногда это происходит банально потому, что  доверительного контакта между наставником и ребенком так и не возникло. Бывает, что после не сложившийся дружбы ребенок к каждому следующему взрослому начинает относиться как к человеку, который с ним «ненадолго». Но если «ключ подобран» верно и близость случилась, дальше построение дружбы — непростой, эмоциональный, но очень интересный процесс, после которого уже никто не будет прежним. 

—  Кто, в большей степени, ответственен за дружбу в паре: куратор или наставник?

Однозначно сказать, на ком лежит ответственность, очень сложно. Мы, все-таки, работаем с людьми. Кураторы очень хотят, чтобы пара сложилась и прикладывают к этому максимальное количество усилий. Никогда нет стопроцентных гарантий, что все получится. Люди все очень разные. Многим взрослым очень сложно говорить о проблемах, о причинах, почему не складывается общение, работать с ожиданиями и принятием себя, ребенка, системы, признавать свои ошибки, где они были не прав, где бы могли вести себя как-то иначе. Дети тоже не всегда идут на контакт, и в этом нет вины взрослого, ведь все дети тоже разные, со своими особенностями. Здесь очень важно, чтобы каждый вышел из этих отношений с минимальными потерями. Мы всегда предупреждаем пару в самом начале, что строить дружбу с ребенком из детского дома не так-то просто. Нужно будет учиться, запастись терпением и гибкостью, меняться, прикладывать какие-то усилия, безусловно, не без нашей помощи

—  Как ты понимаешь, что пару, скорее всего, придется закрыть? Какие действия, как куратор, предпринимаешь?

Просто в какой-то момент начинаешь чувствовать, что общение в паре почему-то не складывается. Контакта не происходит. Конечно, это могут быть только мои личные догадки, но, как правило, человеческое чутье меня не подводит. Для начала я очень осторожно пытаюсь выяснить, так ли это на самом деле. Если в паре действительно есть какие-то трудности, мы стараемся их решить. Сначала разговорами с наставником, пытаюсь повлиять как-то на него. Моя задача —  узнать причину и дать наставнику ее увидеть. Причины того, что дружба не складывается, часто выходят за формат общения с младшим. У кого-то из взрослых могут быть проблемы в семье со своими собственными детьми, например, у кого-то на работе, у кого-то в личной жизни, и это отражается на отношениях в программе.

С моей стороны проводится достаточно тонкая работа, потому что куратор и наставник — и не друзья, и не коллеги. Это какая-то третья составляющая, где тоже соблюдаются определенные правила и границы. Не каждый наставник сразу же открывается и готов посвятить тебя в свою жизнь, и в этом тоже сложность. Важно объяснить, что любые отношения проходят через определенные кризисы, просто не нужно отгораживаться от этого, а лучше попытаться адекватно оценить ситуацию, осознанно посмотреть на свою жизнь и понять, что влияет на формирование этих отношений, какие проблемы в них возникают, и что лично я могу здесь предпринять. 

Для меня крайне важно поддерживать состояние ресурсности взрослого человека (наставника) в отношении своего младшего на протяжении всей дружбы, но здесь без его желания не обойтись. Если сам взрослый ничего не хочет, то изменения здесь вряд ли помогут , и закрытия пары не избежать. 

—  Что происходит после закрытия пары, где оказывается наставник, что будет ждать его подопечного? 

Когда мы понимаем, что все участники пары готовы выходить из отношений «старший» и «младший», мы обсуждаем это с воспитателями, психологами учреждения, детьми и наставниками. Это происходит до закрытия пары, чтобы расставить все точки над «и».

После закрытия пары каждый ребенок имеет право поменять наставника. Мы получаем от него принципиальное согласие на подбор нового наставника, получено, тщательно анализируем прежнюю ситуацию и если видим возможность создания пары вновь, начинаем работу. 

Если после закрытия пары взрослый так же изъявляет желание продолжать свою волонтерскую деятельность в качестве наставника, по аналогии здесь проводится большая резюмирующая работа по предыдущему взаимодействию с ребенком и, в большинстве случаев, продолжается работа по созданию новой пары. 

—  С какими мыслями, убеждениями нужно идти в отношения с ребенком, чтобы они сложились успешно?

Идти в дружбу нужно без ожиданий от себя, системы и ребенка. Нужно уметь быть принимающим, обладать гибкостью сознания и мышления, чувством юмора и легкостью взаимодействия, потому что каждый ребенок и взаимодействие с ним —  уникальны.

Наставник должен помнить о том, что он не всемогущий. Твой выбор и твоя мотивация — это твои ресурсы, которые будут помогать тебе выстраивать отношения с ребенком. Наставничество —  это не разовая история ради проверки себя, и это не тренировочный лагерь. Если человек понимает, что его компетенций недостаточно, если чувствует и знает, что у него есть какие-то проблемы, значит нужно идти и работать над ними, а уже потом приходить к ребенку.

Все мы работаем над тем, чтобы в будущем каждый ребенок, который выпустился из программы наставничества, уже в сознательном взрослом возрасте сумел бы положиться на себя и осознать, что главный и самый надежный человек в его жизни — это он сам. 

За подготовку материала благодарим Марию Гомонову.

 

 

 

 

Как стать волонтером

Помогайте детям вместе с нами. Мы расскажем, как это делать, и всему научим.

Помочь детям, волонтерам и нам